Евгений Гутарович: запрыгнул в последний вагон

пт, 10/10/2014 - 11:29

Довольно неплохой сезон провёл белорусский велогонщик Евгений ГУТАРОВИЧ, одержавший три победы и ещё пять раз финишировавший в тройке.

Именно благодаря минчанину из французской команды Ag2r La Mondiale наша страна получила три квоты на групповую гонку чемпионата мира. Правда, сам Евгений, как рассказал в эксклюзивном интервью «СП», не горел желанием выступать в испанской Понферраде.

— Поначалу я действительно не хотел стартовать на планетарном форуме. Потому что трассу испанцы предложили не совсем под меня, что гонка и подтвердила. Но поскольку достаточно уверенно чувствовал себя на «Вуэльте», закончил её отнюдь не выжатым лимоном, подумал: а почему бы и нет? В принципе, горка там была не страшная. Просто я закололся и весь восьмой круг вынужден был догонять пелетон. Не успел влиться в него, как начали атаковать итальянцы. За два 18-километровых кольца я так «нахлебался», что отстал и сошёл.

— Позже всех в нашей сборной прилетев в Испанию, вы даже трассу не просмотрели...
— Ничего страшного в этом не видел. За 14 кругов её можно было почти наизусть выучить. Да и визуально я её представлял. В любом случае на тренировке все опасные места не заметишь. А вот во время трансляции юниорских, андеровской, женской гонок, которые, конечно, смотрел, все сложные виражи были видны.

— Как раз накануне вы финишировали вторым на GP d’lsbergues — Pas de Calais...
— Я уступил там только Арно Демару, допустив небольшую тактическую ошибку. По силам, думаю, с ним реально было бороться, но, признаюсь, перемандражировал и рановато начал финишный рывок — где-то за 230 метров, когда француз ещё сидел на колесе у своего развозящего. А был достаточно сильный ветер. Оказавшись чуть свежее, Арно опередил меня на последних 50 метрах. Вместе с тем это второе место убедило в том, что нахожусь в неплохой форме, что организм адекватно реагирует на нагрузку и нормально восстанавливается.

— Перед групповой гонкой в Понферраде обсуждали с Василием Кириенко и Константином Сивцовым совместную тактику?
— Да, мы прикидывали возможные варианты развития событий. Понятно, что в сухую погоду сюжет был бы другим. А в дождь предсказать его намного сложнее. Но ребята собирались со старта уехать в отрыв, рассуждая так: на мокром шоссе группа будет осторожничать, и человек 10-15 могут отпустить. Костя, кстати, и попробовал осуществить эти планы, но у него немножко не получилось. Здесь палка о двух концах — издёргаешься в начале, на финиш может сил не хватить, их важно правильно распределить.

— А ветер и дождь сильно осложняли жизнь?
— Да, гонка получилась нервной, потому что все старались держаться в голове пелетона. Ведь даже в сухую погоду на виражах группа растягивается: когда первые спортсмены прошли его и начинают разгоняться, последние ещё только тормозят перед поворотом. Мы это называем гармошкой, у которой меха то растягиваются, то сжимаются. Скорость у лидеров вроде небольшая — 40 км/ч, но поскольку «хвост» практически останавливался, чтобы наверстать упущенное, потом ему нужно было выдавать 50 км/ч. На мокрой дороге разрывы ещё больше. Плюс ко всему — плохая погода и эмоционально давит: нужно постоянно следить за тем, как пускаешь своё колесо, под каким наклоном закладываешь вираж, ведь чуть больший угол возьмёшь — и потеряешь сцепление с асфальтом. И важно всегда быть начеку, чтобы не угодить в завал.

— Вы поэтому и держались вплоть до прокола впереди?
— Да. С одной стороны, берёг силы. С другой — на передовой легче контролировать и анализировать ситуацию, предвидя ближайшие пару шагов.

— По ходу гонки вы с товарищами по сборной успевали переговорить?
— Так получалось, что Вася почти всё время сидел сзади, Костя то в середине катался, то вперёд выдвигался и мы почти не пересекались, только парой слов с первым из них перебросились по поводу своего состояния на тот момент.

— Как думаете, Василия Кириенко на концовку потому и не хватило, что в «гармошке» накатался?
— Думаю, свою роль это действительно сыграло. Хотя, с другой стороны, если у него нет задания работать на кого-то из лидеров команды, Вася нередко сидит в хвосте пелетона, ему так проще эмоционально. Понятно, что рваный ритм отнимает силы. Порой, когда впереди падали, ему и останавливаться приходилось, а потом, естественно, догонять. Сразу это, может, и не тяжело, но тут чуть-чуть отдал лишнего, там, а в итоге этих крох и не хватило. Но, в общем-то, до девятого круга группа ехала довольно спокойно, никто не газовал.

— Уходящим сезоном вы сами в целом довольны?
— Вполне, поскольку одержал три победы, тогда как в прошлом году их вообще не оказалось. И это стало, не скрою, потрясением. Потому что с 14 лет, как только начал участвовать в соревнованиях, непременно одерживал хотя бы одну-две виктории, пусть поначалу на детских соревнованиях, затем — на любительских взрослых и позже — в профессионалах. Единственный прошлый сезон получился пустым и поэтому стрессовым.

— Кроме трёх побед, нынче вы ещё трижды финишировали в тройке...
— Для нас, спринтеров, это не имеет особой ценности. Если горняк или раздельщик может гордиться 4-5 или даже 10-м местом, то для нас это разговор ни о чём. Даже если ты второй — это лишь первый проигравший.

— Наиболее весомой из трёх побед считаете добытую на «Туре Польши»?
— Нет. Самым важным и ценным персонально для меня является национальный титул. К чемпионату страны я всегда подхожу с максимальной мотивацией, для меня это очень серьёзные старты. Выиграть их нынче было особенно престижно, ведь, во-первых, в Мозыре собрались все без исключения наши профессионалы — Сивцов, Кириенко, который раньше не раз пропускал национальные старты, Кучинский, Самойлов... Во-вторых, гонка проводилась на не совсем подходящей для меня холмистой трассе. Более же значимой для мирового рейтинга был, конечно, «Тур Польши».

— Как там далась виктория на первом этапе?
— Непросто. Не поехав на «Тур де Франс», я почти два месяца провёл дома, где тренировался с молодыми ребятами под руководством Алексея Тихонова —сына моего тренера, достаточно профессионально подходящего к тренировочному процессу. Он старается учитывать все моменты, которые могут улучшить результат. И мне, хотя сам не первый год выступаю в профессионалах и немало знаю, Алексей что-то подсказывал. Словом, мы плодотворно потрудились. И на «Туре Польши» я очень хорошо себя чувствовал. Первый этап проводился мало того что в жуткую жару, так ещё и в сильный ветер, против которого почти весь день ехали. Потом дождь с градом пошёл. Один известный тренер Сериль Гэмар после финиша сказал, что эта виктория Гутаровича, одержанная в ураган, точно надолго запомнится.

— Ещё одну победу вы записали в актив на французской однодневке первой категории GP de la Somme...
— Это Кубок Франции, который выиграл уже во второй раз. Гонка тоже достаточно непростая из-за пересечённого рельефа и ветра. Ещё перед стартом я почему-то не сомневался, что стану первым. И так получилось, что метров за 600-700 один парнишка атаковал, а я как раз перемещался в голову пелетона, поэтому за ним и поехал. На последней сотне обошёл его и меня уже никто не смог догнать.

— А самый обидный упущенный шанс вспомните?
— Таковой случился на 11-м этапе «Byэльты». Там из-за сильного бокового ветра буквально за 30 км до финиша группа разорвалась на несколько звеньев. Я понадеялся на своих одноклубников, которые, к сожалению, в очередной раз подвели. У профессионалов так заведено: ты должен выполнить свою работу, а потом можешь сходить. Мы знали, что на 174-м километре выедем на продуваемую равнину, незадолго до которой попросил своего товарища вывезти меня вперёд. Но он помог переместиться лишь на четыре позиции. Пока я сам выбирался, подъехали к тому участку, где как раз наши Кириенко с Сивцовым так «вставили», что пелетон сразу порвался. Я оказался в третьей группе, затем вроде перебрался во вторую, но первую достать так и не смогли. Было очень обидно.

— А как восприняли то, что не поедете на «Тур де Франс»?
— Большой неожиданностью это не стало. Поскольку знал, что команда намерена бороться за генеральную классификацию и горный зачёт. Спринтера же изначально не хотели брать, ведь ему понадобился бы развозящий, а значит, пришлось бы отказаться от двух горняков, которые должны помогать капитану.

— У вас заканчивается двухлетний контракт с Ag2r La Mondiale, с которой, судя по всему, расстаётесь без сожаления?
— Честно говоря, действительно не было желания продлить сотрудничество с этой командой. В Bretagne — Seche Environnement, в которую перехожу, меня несколько смущает только зарплата, которая будет ниже. Вместе с тем это позволит пересмотреть свои взгляды на жизнь, на велоспорт, в частности, и на подготовку. Признаться, в некоторых моментах я, возможно, давал себе слабинку. Всё-таки уже 20 лет занимаюсь велоспортом. Всё давно идёт по накатанной. А порой, видимо, не мешало бы лишний раз поднапрячься.

— А что вас не устраивало в Ag2r La Mondiale?
— С моей стороны некорректно критиковать своего работодателя. Вместе с тем очевидно, что в команде отсутствует система для спринта. Никакого внимания как физической, так и психологической подготовке поезда для развоза финишёров не уделялось напрочь. Здесь всё было заточено под генеральщиков и горняков. Меня это, конечно, не устраивало. Ведь передо мной ставилась задача выигрывать гонки. И при подписании контракта два года назад мне обещали оказывать содействие, потому что в одиночку, будь ты хоть семи пядей во лбу, в профессиональном дивизионе этой цели не достигнешь. Но в прошлом году я только и слышал от своих помощников: ой, у меня не получилось, не смог выехать, меня защемили, я закололся и т.д. В конечном итоге у меня набралось около десяти вторых и третьих мест и ни одной виктории. Нынче стал меньше полагаться на одноклубников, благодаря чему и выиграл три гонки.

— В Bretagne — Seche Environnement у вас будут помощники?
— У её гонщиков немного другой менталитет. Они не такие звёздные и хотят прогрессировать. Они из кожи вон вылезут ради результата, при этом готовы работать не только на себя, но и на других. Поэтому думаю, здесь мне будет проще. Плюс ко всему континентальные команды, не имея очень сильных гонщиков, стараются в какой-то степени компенсировать это хорошей подготовкой и техническим оснащением, стараясь обеспечить спортсменов самыми лучшими велосипедами, рамами, колёсами, переключателям. А в Ag2r La Mondiale у меня руль был, что называется, пластилиновый, он гнулся во время финиша, пружинил, из-за чего приходилось прилагать массу дополнительных усилий, но, сколько ни просил поменять вынос и руль, которые готов был купить за свои деньги, мне не разрешили...

— Предложения вне Франции вы просто не рассматривали?
— Они были. Немножко открою карты: велись переговоры с «Катюшей», «Астаной» и итальянскими командами. Но мой персональный менеджер, который занимался этим вопросом, несколько затянул его. После «Тура Польши» у нас шёл довольно серьёзный разговор с российской командой, проявлявшей немалую заинтересованность. Но поскольку мы тянули с ответом, они подписали контракт с итальянцем Якопо Гуарньери из «Астаны». После «Вуэльты» и другие клубы уже начали просить подождать. Один из них вовсе распался. И мне ничего не оставалось, как запрыгнуть в последний вагон. Но я ни о чём не жалею. Да, финансирование будет немножко хуже. Вместе с тем у меня есть любимая работа. И в семье всё в порядке.

— Жена с детьми, кстати, с вами во Франции живут?
— Да, в Каннах. Старшей дочке уже семь лет, она ходит во французскую школу. Младшей в декабре будет четыре, собирались отдать её в детский сад, но, к сожалению, опоздали: приём документов закончился, когда мы были в Беларуси.

— Нынче у вас ещё будут гонки?
— Да, поеду две однодневки — Paris-Bourges и в воскресенье Раris-Tours.

Елена Данильченко
Спортивная панорама