Илья Кошевой: чем круче гора, тем лучше

ср, 11/11/2015 - 14:37

Так уж получилось, что, заключив профессиональный контракт с итальянской Lampre-Merida, белорусский велосипедист Илья Кошевой ещё целый год гонялся в любителях или дилетантах и лишь в конце 2014-го дебютировал в элитном дивизионе.

Ярко проявить себя в нём в первый же сезон удаётся далеко не всем неопрофи. А ученик Людмилы Кузьминой и майку лучшего молодого гонщика на многодневке завоевал, и счёт победам открыл, и даже на «Вуэльте» записал в актив второе место на одном из среднегорных этапов. Как признался в эксклюзивном интервью «СП», сам спортсмен остался доволен таким дебютом:

— Сезон у меня получился длинным и насыщенным, включавшим 80 стартов. В отличие от первой его части, когда получил пару травм — в марте повредил коленные связки, а затем на «Туре Японии» сломал запястье, вторая сложилась намного удачнее. 

— Несмотря на повреждение руки, именно на «Туре Японии» вы завоевали майку лучшего молодого гонщика…

— Дело в том, что я упал на последнем километре финального этапа. Но гонка запомнилась не только тем, что довёз-таки белую майку и двумя викториями одноклубников, а уже самим пребыванием в этой необычной стране.

— После штурма вулкана Фуджи вы написали на своей страничке «В контакте», что тяжелее горы преодолевать не приходилось…

— Она действительно жутко тяжёлая из-за большого уклона. Причём в связи с тем, что первые 4-5 км взбирались по очень хорошей и широкой дороге, недопонимали, что крутизна составляла 14-15 процентов. По ногам же она ударила основательно. На самый верх вулкана мы не поднимались, всем и 11 километров хватило. Даже в Европе мне не доводилось штурмовать столь изнуряющие подъёмы. 

— Неужели даже знаменитый перевал Стельвио, который нынче, судя по всему, досконально изучили, легче?

— Он, конечно, длиннее, но не такой крутой. На него можно с трёх сторон подниматься. Самый короткий путь к вершине составляет 15 км, самый длинный — 24. На гонках я на эту гору не заезжал, а на тренировках под руководством своего тренера Микеле Девоти проходил её в среднем ритме — с пульсом 165 ударов в минуту. На Фуджи о таком темпе можно было только мечтать. Там иранцы зажигали так, что сердце выскакивало. Мы знали, что они хорошие горняки, но чтобы настолько… 

— С каким чувством вспоминаете седьмой этап «Вуэльты», на котором были близки к победе, однако упустили её?

— В то утро, хотя отработали уже шесть непростых этапов, я отлично себя чувствовал. И день сложился удачно. Довольно рано, уже после 20 км, смог уехать в отрыв. Поскольку на испанском Гранд-туре в команде не было лидера на генеральную классификацию, мы должны были постоянно атаковать. В тот день ещё двое моих одноклубников пытались это делать, но результативным оказался наш отрыв… 

— … который на финальной горе первой категории именно вы развалили?

— Не совсем так. Первым за семь километров до вершины атаковал француз. После чего у нас уже не получалось слаженной работы. К тому же я прекрасно понимал, что, если приедем на финиш вдвоём или вчетвером, скорее всего, проиграю, поскольку не имею мощного спурта. Поэтому стал пробовать избавиться от попутчиков. Хотя сам пережил пару кризисных моментов, упускать столь редкую возможность отличиться не хотел. 

— Отцепить голландца Берта Яна Линдемана, однако, так и не смогли?

— Увы, на этой горе он оказался сильнее. Там уклон был преимущественно не самый большой, на каком более мощные гонщики имеют преимущество. На крутых участках я пытался оторваться, но на выполаживаниях меня догоняли. 

— Сильно расстроились из-за второго места?

— Перед «Вуэльтой» я, признаться, не рассчитывал на попадание в тройку. Мне поставили задачу до конца доехать свой первый Гран-тур. Я же ещё и вторым местом на этапе отметился. Поэтому не видел повода для посыпания головы пеплом. 

— Та вылазка вам аукнулась назавтра, когда пережили кризис?

— Если бы только назавтра. Я следующие три дня после него мучился — вплоть до выходного. Что и понятно: столь затяжные отъезды выматывают как физически, тем более что компания у нас была небольшая — всего пять человек, так и психологически. Ведь когда полностью выкладываешься на подъёме, устают не только ноги, но и голова, поскольку всё это время ты заставляешь себя не расслабляться, терпеть и бороться через «не могу». 

— Вы вроде не исключали, что предпримете ещё одну попытку попробовать одержать победу. Как говорят: аппетит приходит во время еды…

— Он-то приходит, но на нынешней «Вуэльте» не было ни одного полностью равнинного этапа, где бы можно было передохнуть, посидеть в группе. Нам ежедневно приходилось штурмовать какие-то подъёмы, а если они были небольшие, обязательно дул боковой ветер, также отнимавший немало сил.

— Как вам дался эпический этап в Андорре — протяжённостью всего 138 км, но с набором высоты почти 4800 м?

— По идее, после первого дня отдыха мы должны были выглядеть более-менее свежими. Но те жуткие перевалы всех вымотали на нет. Тем более что и на спусках не получалось расслабиться, потому как их преодолевали на максимальной скорости. Я видел, насколько изнурёнными выглядели гонщики, ехавшие в «группетто». На последнем перевале никто даже не разговаривал между собой, думая лишь о том, как добраться до вершины. Зато на финише испытали настоящую эйфорию. Там уже дали волю эмоциям и шуткам. 

— И спали потом как убитые?

— Какое там! Нас разместили на высоте почти 2000 метров над уровнем моря, где в первые дни спится не очень хорошо. Поэтому все три ночи мы там промучились, толком не восстанавливаясь. 

— Дни отдыха проводили в основном в вертикальном положении?

— Перед первым из них у нас был 500-километровый переезд до Андорры, куда прибыли только в два часа ночи. В десять утра проснулись и поехали кататься, иначе ноги бы назавтра в таких горах точно подвели. Затем обед, небольшой сон, массаж и ужин. В общем, выходные пролетали незаметно. 

— На одном из этапов вы попали в большой завал…

— В этом отношении мне, можно сказать, повезло. Потому что угодил лишь в одну кучу-малу и в какой-то степени в смешной ситуации — выкрутил сальто. Этот момент засняла камера, установленная на одном из велосипедов, и мы с одноклубниками несколько дней его пересматривали, весело смеясь. Как говорят: всё хорошо, что хорошо кончается. А вообще завалов, особенно на первой стадии, было даже слишком много, причём спортсмены получали в том числе и серьёзные травмы. Это свойственно для всех Гранд-туров, на которых группа поначалу испытывает большой стресс. Во избежание форс-мажора все стараются протиснуться в верхние ряды, что и приводит к падениям. 

— А какой этап вам дался тяжелее всего?

— Наверное, 13-й, на котором один мой сокомандник — Нельсон Оливейра — одержал победу, а второй — Маттиа Каттанео — сошёл. Там полтора часа не мог уехать отрыв. При этом группа постоянно была вытянута в струну. И были плохие дороги, боковой ветер, горки, неприятные спуски, из-за чего день превратился в сплошные страдания. 

— Счёт победам вы открыли на Tour of Qinghai Lake…

— Эта китайская гонка показалась, может, не странной, но особенной, поскольку проводилась на большой высоте. На этапе, который я выиграл, мы поднимались на 3700 метров. Но лично мне там дышалось нормально. Я вообще легко переношу горы. Разместили нас на олимпийской базе на высоте 2400 метров. Было интересно посмотреть, в каких условиях готовятся китайцы к главным стартам четырёхлетия. И гостиница, и ресторан, где меню тщательно продумано, очень понравились. Внешне комплекс чем-то напомнил наши Раубичи, только расположен на высоте, что очень важно. Три дня мы гонялись и жили на высоте 3200 метров — недалеко от Тибета, где природа особенно впечатлила. Я выиграл 190-километровый этап, включавший несколько тяжёлых гор. На первой из них, самой тяжёлой, атаковал. Потом меня догнал иранец, лидировавший в генеральной классификации, и колумбиец, с которыми большую часть дистанции и проехали. Позже к нам переложились словенец с итальянцем. Поскольку слаженности нам явно не хватало, за 20 км до финиша на равнине решил бросить попутчиков, которых в итоге догнала группа. Я же выстоял. Это моя первая победа в профессионалах, которая запомнилась и большим количеством болельщиков, и хорошей организацией. В тот день, кстати, как и перед седьмым этапом на «Вуэльте», с самого утра чувствовал себя на подъёме, что готов, что называется, горы свернуть. 

— В групповой гонке на чемпионате страны вы замкнули призовую тройку, что для самого стало неожиданностью. Почему?

— Среди мужчин я действительно был третьим, но впереди финишировал ещё один андер. И хотя награждение проводилось отдельно по группам, в официальном протоколе я значусь четвёртым. Вот такая немного странная получилась ситуация. Но, в общем-то, результатом я доволен. Ведь после упомянутого перелома запястья долго не мог нормально тренироваться — на каждой кочке чувствовал боль, из-за чего руль с трудом держал. И это третье-четвёртое место убедило, что почти вернул былые кондиции, а значит, в Китае есть шанс за что-то побороться. 

— Под занавес сезона вы проехали серию итальянских однодневок, включая монумент велоспорта — «Тур Ломбардии»…

— Заболев на третьей неделе «Вуэльты», чувствовал себя не ахти, но отобрался на знаменитую «классику», где тоже получил незаменимый опыт. Я работал на капитана Руи Кошту. Выполнив к середине гонки свои обязанности, спокойно доехал её в «группетто». Мог и сойти, но интересно было проехать 240 километров по горкам в не самых приятных погодных условиях. Её отличительной особенностью является короткий, но с большим градиентом — местами под 28 процентов — подъём Муро ди Сормано, где собрались толпы зрителей. Там царила неповторимая атмосфера. 

— Уже несколько лет вы живёте и тренируетесь в Италии. В каком городе?

— В Карраре — на границе Тосканы и Лигурии. В своё время там квартировались и Костя Сивцов, и Вася Кириенко, и Саша Кучинский. Для велосипедистов регион очень привлекательный, единственный недостаток — поблизости нет аэропорта. Но даже это многих не смущает. 

— И какие виды вы связываете со следующим сезоном?

— Трудно сказать, ведь ещё не знаю свой календарь. Нынешний меня вполне устроил. Из-за травм не удалось проехать только гонки «Тиррено-Адриатика» и «Тур Швейцарии». В целом же у меня была возможность и на команду поработать, и самому себя проявить. 

— А почему с вами заключили контракт за год до начала его действия?

— Просто к тому моменту Lampre-Merida уже подписала двух молодых гонщиков, а по двум действующим ситуация оставалась неясной: останутся они или уйдут. Поэтому со мной заключили соглашение на 2015-й год, чему даже рад. За ещё один год в дилетантах одержал шесть побед, которые помогли больше поверить в себя. Кроме того, в 2014-м научился правильно выбирать моменты для атак, что нынче помогло на той же китайской гонке. 

— Следующий год — олимпийский…

— Трасса в Рио будет очень тяжёлой, горной. Мои одноклубники просмотрели её на тест-соревнованиях в середине августа. По их мнению, она создана под чистых «скалолазов». Как и любому спортсмену, мне бы хотелось попасть в состав сборной и помочь нашим лидерам Васе Кириенко и Косте Сивцову, которые пока, конечно, сильнее, показать максимальный результат.

Елена Данильченко, Спортивная панорама