Василий Кириенко: Радужная майка особой радости не принесла

пт, 18/11/2016 - 13:00

В отличие от некоторых своих коллег, успевших отгулять отпуск и уже возобновить тренировки, лидер белорусской сборной по велогонкам на шоссе Василий КИРИЕНКО отдыхает только неделю.

Минувший сезон для него получился не столь феерическим, как предыдущий. Но завершил его спортсмен на мажорной ноте, сначала завоевав «серебро» чемпионата мира в индивидуальной «разделке», а затем защитив титул победителя на престижной гонке Chrono des Nations, причём с новым рекордом трассы. Воспользовавшись тем, что прилетел домой, мы попросили Василия поделиться подробностями о них и не только. А поскольку разговор состоялся сразу после аттестации национальной команды, её итогами прежде всего и поинтересовались.

— Лично для себя я ничего не просил, ведь, как уже не раз говорил, в клубе Sky, за который выступаю, обеспечен всем необходимым. Но высказал пожелание как-то отметить механика сборной Эдуарда Карчевского и тренера из Мозыря Евгения Сенюшкина, внёсших немалый вклад в мой «серебряный» успех в Дохе. Это не просто красивые слова. Благодаря Эдуарду я в Катаре к велосипеду перед гонкой не притрагивался, он полностью его подготовил и проверил. И я был уверен, что с ним всё в порядке, а в нашем виде это дорогого стоит. Я, конечно, могу и сам его отблагодарить, но это не совсем то. Тем более Эдуард много лет работает с нацкомандой, демонстрирующей стабильно высокий результат. А Евгений закрывает множество мелких, но очень важных вопросов. Тот же бачок человек с улицы не сможет подать, это нужно уметь делать. И где протоколы получить, номера, нужно знать. Кроме того, у него налажены контакты со многими специалистами из других сборных, у которых он брал ту же рацию на гонку. Поскольку она используется два раза в году, я не прошу её приобретать для сборной. Но и без неё не обойтись, особенно если претендуешь на медаль. Кроме того, Женя грамотно вёл меня по дистанции. Причём ответственно подошёл к делу: сразу подключился к сотовой связи, чтобы иметь доступ к Интернету и вовремя сообщать всю информацию по отсечкам.

— И на кого вы просили обращать особое внимание?
— Это знакомые всё лица. С тех пор как я в 2005 году начал выступать на чемпионатах мира, «разделку» выигрывали всего несколько человек. На дебютном для меня форуме своё третье «золото» добыл австралиец Майкл Роджерс, который нынче из-за возникших проблем с сердцем завершил карьеру. Швейцарец Фабиан Канчеллара и немец Тони Мартин по четыре раза завоёвывали радужные майки. И по разу побеждали немец Берт Грабш, британец Брэдли Уиггинз и я.

— Но, наверное, нельзя было сбрасывать со счетов и тех, кто пока не выигрывал, но мечтал об этом, того же Кастровьехо?
— Естественно. Как минимум на ближайшие годы он будет одним из основных соперников. Мне довелось с ним год выступать в составе Movistar, поэтому о потенциале Джонатана знаю не понаслышке. При этом он весит всего 61 кг — меньше, чем даже наш горняк Микель Ланда.

ВЫШЕЛ КЛОУНОМ

— Сильно ли давил на вас тот факт, что предстоит защита титула?
— Что касается амбиций, то радужная майка мне особой радости не принесла. Достаточно вспомнить последний старт в ней на Энеко Туре, где пусть не по своей вине, но оказался клоуном. Как на обладателя этой одёжки, на меня обращено внимание, а я на 45 секунд опаздываю на старт и отправляюсь на дистанцию лишь на 15 секунд раньше основного соперника, то есть служу для него «зайцем». Выиграть в такой ситуации невозможно, поскольку в этой гонке нередко всё решают даже не секунды, а их десятые, а у меня уже 45 проигрыша. Тут бы в лимит уложиться.

— А как вы умудрились опоздать?
— Так получилось, что велосипед мне должен был подготовить молодой механик, которому ещё не хватает опыта. Его вообще не оказалось на месте. И мне самому с массажистом пришлось ставить колесо. А из-за своей специфики это сделать непросто. Затем пока проверили велосипед на отсутствие моторчика и посадку, мой секундомер уже во всю тикал. Но постарался собраться и проехать дистанцию в гоночном режиме.

— Как ни парадоксально, именно это 121-е место вам придало оптимизма?
— Да. Когда тренер по физподготовке Ксавьер Артечи потом проанализировал результаты и мощностные данные, то пришёл к выводу, что я ехал на победу на этапе. Я же для себя решил, что, может, Роана Денниса, который со старта видел мою спину, и не обошёл бы, но в тройке точно был бы. Ведь даже с учётом того, что на последнем километре, когда австралиец приблизился ко мне, чтобы не облегчать его страдания, я сдвинулся в правую сторону и спокойно докатился, временной показатель, высвеченный на моём компьютере, гарантировал третье место.

— Не зная этих подробностей, в преддверии чемпионата мира вас немногие называли в числе фаворитов. Окончательно же пессимистов добил сход с «Ломбардии»…
— Там полгруппы сошло. И в этом нет ничего необычного. Дело в том, что на «Энеко Туре» я ещё и упал на брусчатке. Всё так быстро случилось, что даже сгруппироваться не успел, получив болезненные ушибы локтя и тазобедренного сустава. С оказавшимся товарищем по несчастью австрийцем Бернхардом Айзелем мы пытались догнать группу, причём где-то нарушая правила — держась за машину. Но получить ещё и дисквалификацию не хотелось, и я не стал рисковать. Тем более травма давала о себе знать — два дня после этого ещё сильно хромал. Поэтому на «Ломбардии», как и на двух предыдущих итальянских гонках, передо мной ставилась задача поработать на ребят — я контролировал первые 50 км, на которых держался впереди и постоянно кого-то закрывал. На первом тяжёлом подъёме Мадонна дель Гизалло, в который группа залетела, уже чувствовал себя подуставшим, а на втором, где предложенный лидерами темп не выдержали даже некоторые горняки, сколько мог, потерпел, не убиваясь. И спустившись с него, сошёл. То есть я ехал эти 150 км в тренировочном плане.

«ЗАКУСИЛ» И ЧУТЬ ОТОШЁЛ

— Как восприняли четвёртое место в командной «разделке»?
— Сама гонка меня немножко расстроила. Я понял, что нельзя полностью доверяться технологическим «штучкам». Показатели мощности у меня были довольно низкие. А поскольку на предыдущих тренировках выглядел сильнее всех в команде, тренеры поставили задачу вести длиннее смены, не взвинчивая при этом темп. И я делал это. Но уже после первой отсечки почувствовал, что, как говорят, не в коня корм. А после середины дистанции ехал на лимите, где-то и короче смены проводя и порой с трудом «цепляясь» за колесо. Это, конечно, позволило вспомнить о морально-волевых качествах, когда нужно перетерпеть. Признаться, при въезде на остров Жемчужина Катара искренне позавидовал Михалу Квятковскому, который провёл смену подлиннее и помощнее, и после этого отстал. Очень хотел оказаться на его месте. Но мы остались вчетвером, и все обязаны были доезжать до финиша. Я прилично «закусил», после чего минут 15 не мог отойти. А ещё учитывая жару, с меня градом лил пот.

— Надо полагать, именно пекло и представляло главную сложность?
— Погода, конечно, вносила свои нюансы, хотя в командной гонке и не была аномальной. Вообще, нам и на той же «Вуэльте» приходилось гоняться в аналогичных условиях. Но в августе мы к жаре были адаптированы. А сейчас приехали из Европы, где ртутный столбик не поднимался выше 20 градусов. И сразу перестроиться на 30 оказалось сложно, не говоря уж о 40.

— В индивидуальной «разделке» вы стартовали со льдом на спине?
— Да. Причём положил его кило-грамма два. И это в гонке, на которую ничего лишнего обычно стараемся не брать, даже от бачка с водой порой можем отказаться. А тут и он был нужен, чтобы хотя бы губы смочить или рот прополоскать. Льда же, кстати, хватило только на треть дистанции. Вообще, в последние годы я жару не жалую, поскольку у меня быстро падает работоспособность. Но погоду не выбирают. Это была одна из особенностей чемпионата в Катаре.

— На первой трети дистанции вы уступили Мартину всего три секунды…
— И понял, что буду бороться за медаль. Я немного не ожидал от Тони такой формы. Он феноменально проехал командную «разделку», в которой брал на себя большую часть работы. Поэтому с ним сложно было соперничать. Сам я настраивался на хороший результат, а победа — это нечто большее. Тем более год у меня не самый удачный получился. Я очень хотел подтвердить прошлогодний уровень именно в индивидуальной гонке. На тренировках выдавал больше, чем обычно. А в итоге вернуться в своё русло удалось только перед чемпионатом мира.

— Вторая, прямая, часть дистанции оказалась самой скучной и тяжёлой?
— Скучным мне ни один момент не показался, потому что после первой отсечки пришлось включаться по полной. К тому же на равнине местами дул попутный ветер, благодаря чему скорость превышала 60 км/ч. А в облегчённых условиях на максимальных режимах сложнее работать, чем против ветра. Поэтому, если поначалу я где-то искусственно себя сдерживал, чтобы не загнать пульс в красную зону, то на второй части в неё заходил регулярно и периодически пытался немножко расслабиться. На заключительной же, где была рваная работа, старался максимально срезать углы, чтобы заново не разгонять велосипед. В общем, было весело. Поймав кураж, последнюю прямую проехал на высоком педаляже, вложив в неё всё, что осталось.

— Одним из первых вновь поздравил Крис Фрум?
— Нет, раньше это сделали одноклубники, с которыми выступал в командной гонке. Все они желали мне победы, тот же Квятковский перед стартом попросил утереть всем нос. А руководство Sky спокойно восприняло моё «серебро», как должное. Потом, конечно, отметили, что за последние пять лет я ниже четвёртого места на чемпионатах мира не опускался, что даёт право считать меня одним из самых стабильных «раздельщиков». Ещё лучшими показателями могут похвастаться разве только Мартин и Канчеллара. И я сам довольно прохладно отнёсся к своему результату. Хотя он и принёс некоторое облегчение после серии неудач и… как бы это сказать, критики в свой адрес. Всегда ведь найдутся «доброжелатели». Олимпиада, к сожалению, не получилась. Вместе с тем работающие со мной специалисты сразу понимали, что в Рио мне сложно рассчитывать на высокий результат, что есть субъективные факторы. Это не метательный сектор, хотя и там есть свои нюансы. У нас же многое зависит от рельефа, который мне не подходил. Прочитав о том, что Петер Саган из-за этого отказался от участия в Играх, я подумал, что правильнее было бы и мне это сделать. Ведь в статусе чемпиона мира ограничиться 17-м или даже 12-м, 10-м местом не очень приятно. И не интересно. Да, я человек крайностей. В том смысле, что честно выполняю свою работу, максимально выкладываясь, но если вдруг гонка не пойдёт, могу не доехать её. Какой смысл упираться ради 17-го места? К тому же за год мы набираем больше ста стартов, и иногда нужно сойти, чтобы в следующий раз победить.

С РЕКОРДОМ ТРАССЫ

— После чемпионата мира вы отстояли свой титул на Crono des Nations, проехав эту «разделку» даже быстрее, чем в прошлом году…
— Её организаторы приглашают только тех гонщиков, которые им интересны. Вместе с тем она категорийная, поэтому должна заявляться команда. Гонка получилась очень быстрой благодаря тому, что на первой отсечке мой запас перед Кастровьехо оказался недостаточным для уверенной победы, и вторую часть также пришлось ехать «на все деньги». Что же касается сравнения с прошлым годом, то оно не совсем объективное, поскольку была другая погода, другой ветер. Однако рекорд трассы трёхлетней давности, принадлежавший Сильвану Шаванелю, действительно побил.

— В прошлом году для вас подготовили эксклюзивный велосипед, в раскраске которого были отражены все победы-2015. Какова его судьба?
— Новая рама оказалась не очень удобной. А для профессионала важно идеально чувствовать свой инструмент, каждый его миллиметр. Если он выше или длиннее, это создаёт сильный дискомфорт. Поэтому на чемпионате мира вопреки требованиям нашего партнёра Pinarello выступал на старой модели, которая отличается конструктивно. В моём случае это было допустимо.

— Сейчас отпуск?
— Да, провожу его с семьёй. Сегодня вот старшая дочка Юля отчиталась, что получила 9 по математике. Лёша начал заниматься плаванием. Я отдал его в руки заслуженного тренера Беларуси Рафаэля Масхатовича Шарапова. Юля продолжает заниматься лёгкой атлетикой, правда, из-за занятий хореографией одна тренировка у неё выпадает.

— А как продвигается строительство дома под Минском?
— Потихоньку. Как раз вчера зарегистрировал землю. Будем соседями с Тимофеем Калачёвым. Что-то там делается, но я никуда не спешу.

— И одной из главных целей на следующий сезон станет 100-я «Джиро»?
— Программа ещё не составлена, но, скорее всего, я поеду итальянский Гранд-Тур. По крайней мере, приятно осознавать, что в 35 лет тебя хотят видеть в составе. А Микель Ланда, который планируется капитаном, уже обозначил, что рассчитывает на меня. А решать будет руководство. В этой команде нужно выступать в лучших гонках, тогда ты будешь востребован. К этому нужно стремиться, иначе по окончании контракта тебе может не найтись места.

Елена Данильченко, Спортивная панорама